декоратор
«Не нужно относиться к антиквариату с излишним пиететом. Даже самые ценные предметы можно шкурить, перекрашивать, переобивать, разрезать и склеивать с другими, если этого требует новый интерьер. Вещи должны работать. Именно для этого они и создаются».Личный сайт
Кирилл Истомин отлично разбирается в истории декораторского искусства. Тем более удивительным кажется его, порой, вольное обращение с наследием прошлого. Например, в интерьере этой итальянской виллы старинное зеркало и консоль в хозяйской спальне он перекрасил в тон обивке кресел, а церковные подсвечники из золоченого дерева XVIII века оборудовал электролампами и вмонтировал в десюдепорты в столовой.
дизайнер
«Мне доставляет особое удовольствие объединять элементы, которые на первый взгляд несопоставимы и даже противоречивы. Играешь с деталями, чтобы получилась чистейшая музыка дизайна!»Личный сайт
В парижской квартире Эрве ван дер Стратена (Hervé Van der Straeten) звучит многоголосие: ван дер Стратен миксует собственные предметы с работами Пьера Шарпена (Pierre Charpin), Гюнтера Бельцига (Gunter Belzig), Андреа Бранци (Andrea Branzi). Самые старшие в компании — французский письменный стол эпохи Регентства и комод начала XVIII века из лакированного дерева, мрамора и бронзы. «Мне нравится фантазировать и представлять прошлую жизнь этих предметов и их прежних владельцев», — говорит Эрве.
Основатели архитектурного бюро Blockstudio
«Обставляя интерьер антиквариатом, светильники лучше выбирать современные. Антикварный свет редко бывает функциональным, а без правильного освещения жизнь в квартире может стать невыносимой».Личный сайт
декоратор
«Антиквариат хорош в виде акцентов. Но все вещи — на чем мы сидим, лежим, за чем едим — должны быть прочными и удобными, а следовательно, современными».
Александра Вертинская очень любит период русского «усадебного» ампира, но против засилья антиквариата в доме. «Старые московские интерьеры — это всегда эклектика, — считает она. — Комоды карельской березы традиционно дружили с китайскими вазами, полированные финские стенки — с африканскими масками. Помните, одно время они висели чуть ли не в каждой «приличной» квартире? А рядом запросто мог стоять усадебный ломберный столик. И вот эта «каша-малаша» и создает тот самый московский уют.
архитектор
«Палитру для росписи комнат этого подмосковного дома подсказала книга «Интерьер в русской живописи первой половины XIX века».Личный сайт
«Проектируя свой интерьер, я представлял себя архитектором 1950-х, забывшим о дефиците материалов, — говорит архитектор Павел Железнов. — Я позволил себе гипсовую лепнину, двери с расстекловкой, дубовый паркет-елочку, подоконники из юрского мрамора с вкраплением древних раковин. Мебель довольно эклектична, но это создает ощущение дома с историей. Буфет начала ХХ века словно достался в наследство от бабушки, а алюминиевый стул куплен внуком. Так что все сходится».
Хозяева деревянного терема XIX века, а ныне отеля «Терем Асташово»
«Мы постарались воссоздать подлинные интерьеры XIX века. Но поскольку антикварных кроватей не бывает большого размера, от них использовали только изголовья, а основания делали новыми. Все-таки современным людям нужен комфорт».
Андрей Павличенков и Ольга Головичер восстановили затерянный в чухломской глуши деревянный терем XIX века и превратили его в единственный в России отель-музей с полностью воссозданной обстановкой XIX века. Старинную мебель и утварь искали по соседним деревням и тоже бережно восстанавливали.
Архитектор, дизайнер
Тосканский особняк XVI века знаменитого архитектора Роберто Бачокки (Roberto Baciocchi), прославившегося интерьерами бутиков Prada и Miu Miu. В исторический контекст дома архитектор внес современные материалы и предметы мебели. Сложно понять, что в этом интерьере имеет отношение к истории, а что было создано самим Бачокки.